Вверх
Вниз

Psycho-Pass: justice will prevail

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Psycho-Pass: justice will prevail » Сюжетные линии » 05.02.2113 "Министерство Благосостояния"


05.02.2113 "Министерство Благосостояния"

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

дата | координаты

участники | очередь

05.02.2113, воскресенье, 20:00.
Башня Нона.

Tsunemori Akane, Kougami Shinya, Kagari Shusei.
Karanomori Shion - по необходимости.
~2 круг: + Funahara Yuki.
~2 круг: - Kagari Shusei.

суть эпизода

В холле здания Министерства Здравоохранения и Благосостояния пусто, за исключением уничтоженных охранных дронов. Инспектор Тсунемори и следующие за ней исполнители ещё не могут знать точно, что их догадки верны, но с уверенностью видят по крайней мере то, что в Башне Нона есть кто-то, кого быть не должно.

+2

2

Последний месяц для Тсунемори Акане был достаточно тяжёлым. Не в смысле работы даже - дела были не сложными, и скорее помогали ей отвлечься. Вот уже больше месяца её близкая подруга - Фунахара Юки - находилась в заложниках у неизвестных людей, и девушка ничего не знала о её судьбе. Её похитили 25 декабря 2112 года, и этот день разделил для Акане все, происходившее с ней, на до и после. С тех пор было найдено изображение с камер, с лицом подозреваемого в похищении человека, однако все это время ни он сам, ни Юки на городских камерах так и не засветились. За это время Акане почти привыкла к ожиданию, включаясь на каждый вызов, потому что он мог быть связан с тем преступником... Макишима - таким именем его называл Когами Шинья, и спустя какое-то время Акане и сама привыкла его так называть, хотя иногда ей и казалось, что им противостоит призрак - в базе Сивиллы по изображению этого человека ничего не было найдено. Такое, в понимании Акане, было возможно, если человек не является гражданином Сивиллы, и тогда возникало больше вопросов, чем у них было ответов.

Вчерашнее дежурство было не таким, как многие предыдущие дни - и закончилось оно сообщением о повышении стресса в городе и два необычных преступления - похожих на дело, которое до сих пор не было раскрыто с декабря - об устройстве, не позволяющем читать психопаспорт. А сегодня, несмотря на выходной, Акане вместе с остальными сотрудниками всех трёх подразделений прибыла на экстренное совещание с главой Бюро, на котором им были даны инструкции о необходимости принятия мер по устранению беспорядков в городе.

Акане казалось, что последнее время все события, происходившие в мире, как будто бы проверяют устои существующего общества. Что это? И кто она во всем этом? Акане верила в то, что раз сегодня она оказалась здесь, раз она, в отличие от большинства граждан, может что-то делать - это неспроста. Это её миссия и её долг.
Она думала и о том, насколько несовершенна система защиты, и насколько беззащитными становятся граждане системы Сивилла тогда, когда происходит подобное. И вот уже сами граждане теряют чистоту оттенка в попытках защитить собственные жизни, и жизни тех, кто для них дорог.
Когами что-то говорил о том, что это - преступление и почерк того самого преступника, которого он называет Макишимой.
"Неужели Когами-сан настолько хорошо его понимает? Неужели он и сам способен мыслить подобным образом?"
Акане не хватало готовности в это поверить, равно как и смелости заговорить об этом сейчас.

- Они тоже жертвы, - дальше Акане не слушала. Точнее… слова доносились до нее, но мысли поглотили ее внимание. Она смотрела вокруг, на всех этих людей, на город, охваченный ужасом и паникой. И понимала, так отчетливо, как никогда раньше – что тех средств, которые есть у нее, как детектива Бюро, ничтожно мало по сравнению с тем, что может совершить человек, идущий против общества. И пока эта задача казалась ей слишком сложной.
- Есть ли у нас шансы остановить это… - она произнесла эти слова скорее для себя, не надеясь, что их услышит стоящий рядом Когами, занятый своими размышлениями.
- Если бы он просто хотел устроить в городе хаос, нам было бы проще схватить его, - Акане подняла на Когами понимающий и полный тревоги взгляд. Она не знала, но интуитивно чувствовала то, что он скажет дальше – и от этой мысли становилось страшно. - Предположим, все идет так, как он запланировал. Возможно, он ожидал от нас того, что мы делаем прямо сейчас. Вокруг все было организовано, дабы беспорядки вспыхнули таким образом, чтобы выманить всех детективов Бюро.
А затем на терминале, по запросу, высветилась карта… и при взгляде на нее у Акане замерло сердце – правительственный округ и Башня Министерства Здравоохранения и Благосостояния! – оставались словно бы между всеми очагами – и при этом в отдалении. И это означало одно из двух – либо преступники не хотели приближаться к этому округу, либо именно он и был их целью. И сейчас инспектор не сомневалась в том, что Когами прав, и целью преступника был именно этот район. Но -  она не могла самовольно покинуть пост, ей пришлось связаться с инспектором Гинозой. Кратко изложив ситуацию, Акане попросила разрешения оставить посты и отправиться в Башню Нона – для того, чтобы выяснить, что там происходит.
- Хорошо! Отправляйтесь и выясните, что там происходит! Мы продолжим сдерживать беспорядки. В случае чего, сразу свяжитесь со мной!
- Все слышали? Когами-сан, Кагари-кун, мы немедленно выезжаем!
Оставив очередную группу несчастных жертв беспорядков – и тех, кто был в шлемах, и тех, кто был без них, инспектор и два исполнителя сели в машину и направились навстречу… возможно, самому опасному и непредсказуемому преступнику, которого только могла себе представить Акане.

По дороге в Башню, Акане размышляла сразу о нескольких вещах. О том, что все было не просто так, но им приходилось играть в эту игру по чужим правилам, и она не видела способа не делать этого. Кроме того, ее тревожил еще один вопрос, к которому она не возвращалась уже многие дни.
- Когами-сан, я очень надеюсь, что мы успеем. Вы говорите, что это похоже на дело рук Макишимы, и я верю вам. Как думаете, Юки – все еще жива?
Этот вопрос сорвался с языка прежде, чем она успела подумать о его уместности – правительственный объект в опасности, в городе царят беспорядки и страдают сотни невинных жителей, и тем не менее, ее переживания о подруге и том, что она может для нее сделать, брали верх над ее долгом. Это было… неправильно и так было быть не должно.
- Я лишь хотела спросить, как думаете, приведет ли ее Макишима с собой?..

Когда они подъехали, по развороченным охранным дронам стало понятно, что они не ошиблись – кто-то точно пришел сюда, воспользовавшись тем, что творилось в городе.
- Вы оказались правы, Когами-сан, - с этими словами Акане вошла в Башню.

+1

3

"Всё так, как я и думал", - напряжённый взгляд Когами был неотрывно привязан к приближающейся громаде башни Нона. - "Нам оставалось только ждать, когда он сделает свой ход, и он его сделал".
- Я практически уверен, что она с ним, - голос Когами не изменился, ответ на вопрос Тсунемори был на поверхности, Когами даже не нужно было думать об этом. Целый месяц их поиски были просто бесполезны. Девушка пропала, ни живой, ни мёртвой на камерах она больше не появлялась. Инспектор не находила себе места и думала, что она уже может быть мертва, Когами был уверен, что это не будет так просто. Зачем бы Макишима ни забрал её с собой, результатом не станет просто труп на улице. Нет, он, хотя, Шинья был уверен, был без колебаний способен на убийство, не стал бы убивать просто так. У него была какая-то цель, а если даже её не было, бессмысленного поступка он не совершит. Юки снова появится вместе с Макишимой - Когами считал это самым вероятным вариантом, и ему не нужны были логические обоснования. Он чувствовал, что любой иной поступок будет непохожим на Макишиму. Разве что она часть какого-то другого плана, но... Нет, она будет в башне Нона.
"Мы ещё встретимся", - да, они встретятся. И на этот раз Макишима будет рассчитывать на это. У Когами нет права на ошибку. Его цель слишком близко.
Когами прикрыл глаза, хмурясь. Во взгляде отразился блик пламени - здание рядом с дорогой горело. Он только мельком взглянул на него и отвернулся, снова глядя на башню впереди. Беспорядки бушевали целый день. За это время город дошёл до той точки, которую никто здесь уже не видел на своём веку. В небо поднимались столбы дыма, на улицах лежали тела и разбитые дроны, магазины были разграблены, сбившиеся в толпы люди только зверели с каждым часом. Это ещё не было катастрофой, которую уже невозможно остановить, но это было бедствие. Хаос, практически стёрший разницу между Японией и всем окружающим миром. Всё, что понадобилось людям, всю жизнь, казалось бы, жившим безукоризненно чистой жизнью, чтобы сойти с ума и взяться за оружие - вкус вседозволенности. То, что происходило, уже не было преступлением. Это было большее.
"Это ли ты ожидал увидеть?" - подчинявшаяся автопилоту патрульная машина свернула. От башни Нона их отделял только мост. - "Для какой цели ты использовал такой инструмент?"
"Если ты захочешь остановить меня..." - эти слова должны были звучать как обычная фраза, но что-то в них, в звучании того, как произносил их Макишима, было другим. Словно он говорил: - "Попытайся сделать это. Не Бюро общественной безопасности, лично ты".
Слова прозвучали в сознании Когами голосом Макишимы так ясно, что он вздрогнул, сжимая ладонь в кулак. Впереди стал виден автобус, стоящий перед входом в башню. Значит, с ним сообщники. Машина Бюро заложила вираж, сбивая лежащего охранного дрона. Когами открыл дверцу и выпрямился, уже держа в руке доминатор.
- Да, - его лицо ещё не изменилось, но в голосе проступило удовлетворение, когда он отозвался на слова инспектора. - Это точно Макишима, - он обернулся на пустой автобус и, подняв доминатор к плечу, побежал следом за коллегами ко входу в здание. - Что же тебе понадобилось в башне Нона?!
На его лице проступил оскал. Он миновал лежащих грудой металла дронов и резко затормозил в десятке шагов от входа. Холл был пуст - прицел доминатора метнулся по пустым стенам. Когами отступил назад и опустил оружие, оборачиваясь к терминалу связи. Его уровень доступа от инспектора отличался, но это не имело значения - терминал был заблокирован.
- Эй, Шион, - он вызвал аналитика мгновенно. В такой ситуации Когами не был намерен терять время, даже не думал об этом.
- Что стряслось? - вызов не удивлял аналитика, потому что среди того, что творилось в городе, вряд ли уже можно было найти, чему удивляться.
- Здесь скоро будет несладко. Можешь подключиться к камерам видеонаблюдения в башне Нона из офиса Бюро? - Когами сбросил вызов через несколько секунд. Он с самого начала не сомневался в том, что Караномори способна исполнить его просьбу, даже если об официальном доступе не было и речи. - Инспектор, - он обернулся к Тсунемори, - Теперь нужно связаться с Гино.
Обыскать башню Нона втроём невозможная задача. Им оставалось полагаться на то, что Шион удастся, но Когами с самого начала не сомневался в этом. Он просто ждал информации, предоставив Тсунемори договариваться с Гино. Вариантов у них уже не было - они были здесь, здесь был противник и ждать у них не было времени. Что бы ни задумал Макишима, они не могут дать ему время исполнить это.
- Как успехи? - спросил он вернувшуюся в канал Шион и поднял взгляд на коллег.
- Я подключилась к камерам. Преступники разделились. Четверо пошли вниз, четверо наверх.
- Где Макишима?
- Наверху. Они сразу поднялись на верхний этаж. Видимо, направляются к башне.
- Кто тогда пошёл вниз?
- Не знаю, они спустились на -4 этаж и пропали, - Шион вздохнула, - Может, воспользовались люком техобслуживания.
- Идём, инспектор. Мы пойдём за Макишимой, - в голосе Когами не мелькнуло и тени колебания. Да, то, что преступники внизу пропали с камер, было странно. Но, кто бы там ни был, задача Бюро - остановить Макишиму в первую очередь, не предотвращать его преступления. Он опустил доминатор и шагнул к ведущему к лифтам эскалатору, но голос Шион заставил его остановиться, хмурясь:
- Стойте, что-то не так. Человек в куртке Макишимы только что вышел из грузового лифта на первом этаже.

+3

4

Тот факт, что оттенок его психопаспорта потемнел после наступления нового года, мало волновал Шусея. Он на протяжении всей жизни об этом не волновался - пока доминаторы не превратят его при определении коэффициента в жижу из атомов без связей, все действительно хрень полная. Но вот он уже второй месяц наблюдает, как обычно спокойные и столь идеальные люди в городе превращаются в потенциальных или действительных преступников, словно по щелчку пальцев - бах! и вместо идеального менеджера с идеальным пробором и не менее идеальной жизнью по расписанию появляется нечто, что пугает. Не Кагари или кого-то из БОБ, а таких же прилизанных вокруг. Это действительно не пугает латентных, это… настораживает. Если раньше на фоне остальных ты выделялся уже хотя бы инакомыслием, то теперь волна безумия накрыла город и не собиралась сходить на нет - кто теперь думает иначе, чем остальные? Это в свою очередь сбивало с толку, ведь получается, что они все это время защищали толпу моральных не менее уродов, чем любой из Исполнителей. Просто кое-кто сумел это уродство прижать тяжелой крышкой приличия или чем там они прикрывались от сканеров и всевидящего ока Сивиллы?
Эти мысли не нравились Кагари. Он всегда несколько пофигистично смотрел на цивилов, но сейчас его бесило, что все они с очевидным презрением смотрели на него и ему подобных, тогда как самим хватило парочки инцидентов и хитрожопого идеального преступника, чтобы маски треснули и поползли с лиц. Еще больше его бесило, что теперь они не говорили о себе, как о преступниках. Теперь они почти все пели одно и то же - они же защищаются от преступников!
"Ксооо… вот дерьмо!" - глядя на уже повязанных граждан с коэффициентов явно выше нормы, Шу цыкнул и подпнул обломок биты, валявшийся совсем рядом. - "Только одних успокоят, как мы мчимся уже на другой вызов в соседнем квартале. Мы похожи на долбаных дроидов, идущих заданным программой маршрутом. Совпадением это могло быть дважды… ну ок, трижды… но не восьмой вызов подряд. Гино-сан, по-моему, сейчас в свои же очки вывалится…"
Отмечал он это все машинально, ибо и сам дежурил вторые сутки подряд после минимально полезного сна. С другой стороны, на волне адреналина как раз мелочи-то и подмечались весьма быстро, цепко и ярко.
- Ага, - только и отозвался он на команду инспектора Цунэмори, глянув на Ко-чана. Тот, словно след взял, хоть и выглядел спокойным. И вот эта уверенная целеустремленность в нем Шусею всегда импонировала, а сейчас передалась и ему. Неужели, наконец-то, не отлов придурков с битами и ломами? Он не слышал до этого, о чем там говорили старшие по званию и возрасту, но уже в машине стало ясно, что о Макишиме. Да и информация, пришедшая от Шион это подтверждала, а на скорость соображалки Шу никогда и не жаловался. А на информацию, добытую Шион, тоже.
- Хэй, мне это не нравится. Какого хрена бы ему делать наверху? Там же ничего нет, кроме долбаной вышки.
Уже стоя на пороге здания, слушая разговор-обсуждение между Шион, Ко и Аканэ, Кагари мог сказать, что непривычно опустевшая Башня сейчас вызывала куда более сильные и нездоровые эмоции, чем все вместе взятые стихийные банды в городе. Опять это препаршивое чувство, что их водят на поводке именно туда, куда надо вОде, а не им самим?
- Хэй если он отправил четверых вниз, а сам туда не пошел… значит, наверху есть что-то важное, о чем мы не знаем? И в тех помещения потопали просто отвлекалочки? - он действительно нахмурился, почесал затылок, взъерошив волосы. -
Агрррх! Да какого фига?! я не понимаю! Хотя... - догадка вдруг мелькнула уж слишком тупая, но вдруг?.. - Слушайте, а вдруг, главная группа та, что внизу? Этот засранец же знает прекрасно, что мы именно его ловим, так? И тогда приманкой служит именно он, а те, что ушли в техпомещения под башней - готовят полную хрень? Нэ? Я не... а? чего?
Он точно также вылупился на сообщение Шион, недоверчиво переглянулся с Когами, активируя тут же доминатор и приводя оружие в боевой режим.
"Чего происходит?! Он же был наверху, разве нет?! Чо за игра в "угадайку"??!" - прицел уже был наведен на лестницу, где не было видно лифтов, но если Макишима появится, то появится аккурат в визоре сканера доминатора. Сам Шу по регламенту, чтоб его, шагнул за стойку регистрации и уже оттуда жестом спросил у Аканэ: "Кто идет проверять?"

Отредактировано Kagari Shusei (07.04.2017 23:59)

+4

5

Уверенность, с которой Когами ответил на её вопрос о подруге, заставила Акане вздрогнуть. Если она с ним, то… значит ли это, что они встретятся с ней – вот так, здесь. Втянута ли она в ту же игру, в которую сейчас невольно играет весь город, сам не зная об этом – по правилам, которые не известны никому. Осознание того, что встреча с подругой, найти которую девушка уже отчаялась, близка, давало надежду, и одновременно усиливало тревогу. Наверное, если бы она сейчас остановилась или подняла доминатор, было бы заметно, как дрожат ее руки. Однако, девушка быстро взяла себя в руки, сказав себе, что там может случиться все, что угодно – и даже если она встретит Юки – вполне может статься так, что это уже совершенно другой человек. Скорее всего, Когами был прав в своих догадках об этом человеке – по крайней мере, он единственный, кто никогда не сомневался в том, что этот человек существует и опасен. И сейчас Акане казалось наиболее… правильным прислушиваться к его чутью. Потому что ее внутренний голос молчал, и логика подсказывала довериться более опытному человеку.

Акане вынырнула из своих мыслей, и включилась в происходящее. Вызов Шион вернул ее к действительности. Она собралась и вызвала Гинозу. На том конце провода она слышала отдаленные крики людей, и понимала, снова, как чудовищно было все то, что происходит – и насколько бесполезно Бюро Общественной Безопасности, которое не может защитить граждан от того ужаса и хаоса, что творился сейчас на улице. Она чувствовала свое бессилие, но также понимала, что если за всем этим стоит тот самый преступник, она обязана остановить его. Ради граждан, ради их безопасности. Сейчас Акане отчетливо понимала, что если его не остановить, дальше может стать только хуже – судя по тому, что происходило сейчас на улицах, этот человек не остановится ни перед чем, ему плевать на жизни людей, он сделает что угодно ради собственной цели – какой бы она ни была.

- Все меня слышат? Когами, Кагари? Слушайте. Если Макишима действительно там, схватите его. Его нужно допросить. Обязательно возьмите его живым. Это приказ.

Взять живым… да, это было логично – Макишима точно имеет отношение к большому количеству преступлений, и является подозреваемым по делу об убийстве исполнителя – его нужно допросить. Задача казалась инспектору сложной, но выполнимой.

Понимание, что преступники разделились на две группы, вызывало неприятное чувство где-то внутри – это точно была ловушка. В тот день, когда Юки похитили, ощущения были похожие, но тогда Акане их проигнорировала.

- Что-то здесь не так. Полагаю, что истинная цель преступников внизу, однако наш приказ – взять Макишиму... живым - инспектор сделала акцент на этом слове, бросив выразительный взгляд на Когами, словно говоря «Умоляю, будьте благоразумны, Когами сан».  Ей не стоило произносить этого вслух – это она и так понимала, но  удержаться от взгляда все же не смогла.

Следующая фраза Шион застала Акане в середине продумывания плана о том, как именно эффективнее поступить. «Юки…», - единственная мысль, пришедшая ей в голову при сообщении о том, что из лифта вышел кто-то в куртке Макишимы – вряд ли он сам шел встретить Бюро.

У нее в распоряжении было два исполнителя, и две группы преступников – ей предстояло выбрать, кто из них пойдет один, а кто с ней. Она могла быть уверена в обоих, поэтому выбирала исходя из других соображений – из того, где ей быть нужнее. Прежде всего, для исполнения своего долга.

- Проверять пойдем мы с Когами-саном. Кагари-кун, я прошу тебя взять на себя нижние этажи. Скорее всего, там опасно, поэтому – будь осторожен! – Акане не колебалась, отдавая именно этот приказ, потому что чувствовала, что так будет правильнее – им все равно придется разделиться. И, если Макишима и правда наверху, Юки должна быть с ним – в этом Акане не сомневалась ни на секунду, и подгоняемая чувством тревоги, нет, даже страха за жизнь и здоровье подруги, не задумываясь, выбрала этот путь. Кроме того, у них был приказ, и это значило, что она должна пойти туда, где находится тот, кто должен быть арестован.

- Шион, веди нас, - крикнула Акане в передатчик, уверенно взбегая по ступеням эскалатора. – Когами-сан, вы идете впереди, но, прошу вас, не стреляйте.

Под четким руководством Шион они за несколько минут добрались до поворота, за которым находились грузовые лифты. И как только они приблизились, на глаза попался человек, стоявший спиной к ним, в куртке, точь в точь напоминающей куртку Макишимы с тех записей на камерах наблюдения рядом с рестораном Ямадзаки. Акане много раз пересматривала ту запись, поэтому ошибиться было практически невозможно. Однако, было видно, что куртка не совсем по размеру. Чувство, стремительно растущее внутри Акане, окутывало ее ужасом и паникой, от еще до конца не понятного понимания, кем был этот человек, стоящий сейчас перед ней. «Юки», - прошептала девушка, пока еще до конца не осознала происходящего. Руки, достающие доминатор, не слушались. Однако, как только она наконец поняла, кто перед ней, она совладала с минутным порывом паники, и смогла произнести такую привычную и такую холодную фразу. Отступать от инструкций было нельзя, к тому же она могла ошибиться, и на самом деле это мог быть преступник, а вовсе не ее подруга.

- С вами говорит Бюро Общественной Безопасности! – Акане произнесла эти слова, одновременно наводя оружие на стоящего напротив человека. – Вам ничто не угрожает, медленно повернитесь лицом, не делая резких движений.

+1

6

Грузовой лифт бесшумно спускался вниз. На меняющим номера этажей электроном табло надпись: "Nona Tower".
Юки вжамалась спиной в стенку, обхватив себя руками. Она не снимала капюшон, словно старалась спрятать от всего мира не только лицо, но и свои мысли. Ей хотелось ехать так целую вечность, хоть к самому центру земли, лишь бы не показываться никому. Даже Когами Шинье и Акане, если она с ним. Даже не так: особенно им. Гораздо лучше просто исчезнуть, раствориться в толпе. Вернуться домой и не выходить какое-то время. 

Мягкий звонок оповестил о прибытии на первый этаж.
Девушка схватилась за распахнувшуюся дверь, помедлив на минуту, переводя дух, и вышла в коридор, не убирая руки, чтобы не упасть ненароком, если подведут ноги.
Где-то тут выход, но она не спешила. Она может вернуться домой. Позвонить родителям, сказать, что у нее все хорошо. Или столкнуться с полицией. Что тогда произойдет?
Юки встретилась взглядом со своим отражением на стеклянной перегородке.
Что стало с ее психопаспортом? Какого он теперь цвета? Можно ли считать ее латентной преступницей? Она не желала никому зла, но она и не осталась той, что была прежде. Общение с латентными влияет на оттенок, это всем известно. Она была рядом с человеком, которого Сивилла отказалась судить. Признала его. Отчего же она ощущает себя предательницей? Внезапная мысль заставила сердце пропустить удар: ведь на самом деле это Сивилла предала ее.
Это стало настолько очевидно, что хотелось расплакаться и рассмеяться одновременно. Макишима ни разу не говорил этого прямым текстом, но только когда это стало лично ее проблемой, она так поздно осознала это.
И все равно не верила до конца.
По телу прошел озноб.
- Что же вы хотите сделать? Почему именно я...
Уйти, так и не получив ответа на главный вопрос...
Если я сейчас сбегу, то ради чего было это все? Эти недели, проведенные с ним - просто оттого, что ему было скучно? Все ради этого дня? Это же не так. Он хотел не просто использовать меня, было что-то еще, что-то очень важное, что я должна была понять...

- С вами говорит Бюро Общественной Безопасности! Вам ничто не угрожает, медленно повернитесь лицом, не делая резких движений.
Юки вздрогнула от знакомого, но резкого голоса.

Не отнимая руки от двери лифта, она медленно оглянулась в полоборота. Из-под капюшона не было видно коротких волос, только нижнюю часть лица от кончика носа до подбородка. Вряд ли ее узнают, а вот она разглядела девушку.
Акане!..
Первым порывом было выбросить все из головы и кинуться ей на шею. Выплакаться в дружеское плечо, услышать, что все в порядке, встретить утешение, как могла приободрить только рассудительная Акане. А на следующий день вместе сходить в торговый центр, посплетничать о мальчиках и поделиться новостями в ленте, забыв обо всем как страшном кошмаре.
Почему-то именно в этот момент пришло осознание последних слов Макишимы, сказанных на прощание. Из нее снова сделали приманку, когда тогда в лабиринте с механическими гончими. Только вряд ли все закончится хорошо: она помнила, во что превратило охотника Сенгудзи то оружие, которое направила на нее подруга. Если ее психопаспорт такой же темный, что тогда будет?
Ей не хотелось такого же конца. И хотелось понять, для чего она пережила последний месяц.
Макишима же хотел, чтобы она отвлекла полицию.
Их желания имели лишь одну точку соприкосновения.
Он сказал, что пойдет наверх. Должно быть, туда, где та самая вышка, о которой говорил Че Гу-сон.
Ты станешь стрелять в меня, Акане?
Их отделяли несколько десятков метров. Достаточно ли...
Быстрее, чем сообразив, что она творит, Юки резко кинулась обратно внутрь кабины и ударила ладонью сначала по кнопке закрытия дверей, а затем - по верхней на приборной панели. Прежде, чем успели ее остановить, двери закрылись и лифт начал подниматься.
Что же я делаю...

Последний этаж оказался вовсе не последним: дальше наверх вели узкие лестницы. Пришлось идти дальше, хотя у Юки не было никакой уверенности, что она движется в верном направлении: Башня Нона огромна. Но если Макишима хотел попасть именно на вышку, которая подает радио сигналы, у нее есть шанс встретиться с ним.
Через два пролета она услышала, как кто-то выругался и увидела мужчину. Похож на гонщика... Она не ожидала никого увидеть здесь. А вот этот человек, похоже, напротив. Словно что-то тут охранял.
Он перегородил путь и направил в ее сторону что-то наподобие шуруповерта, но девушка поняла сразу - оружие.
- Далеко собралась? - его голос звучал глухо из-под надетого шлема.
- Мне нужно пройти! - неожиданно для самой себя уверенно заявила Юки.
- Не похожа ты на полицейского, - мужчина, продолжая держать ее на прицеле, приблизился и грубо сорвал с ее головы капюшон. Пришлось вцепиться ему в руку, чтобы он не вырвал волосы. - Да и на красавицу тоже. Но для меня сойдет.
И без того бешено стучащее в груди сердце забилось сильнее.
- Здесь Бюро Безопасности. Я их видела, внизу. Скоро они придут и Вас арестуют, если Вы тронете меня!
- Ничего они не сделают, идиотка. Сивилла больше ничего не решает. А пока - раздевайся, если не хочешь, чтобы я наделал тебе лишних дырок. Живей!
Тычок в живот подкрепил угрозу. Понимая, что на этот раз ей больше не повезет улизнуть, Юки оставалось только подчиниться. И надеяться на Акане, что она придет. Она медленно, растягивая время, стала стягивать с плеч куртку Макишимы, ощущая, как каждая секунда превращается в вечность.
Она сама себя загнала в ловушку.

+3

7

"Проверять", хах. Когами ни на секунду не подумал, что тот, кого Шион заметила в лифте, действительно был Макишимой. И Кагари, и Тсунемори были правы - очевидно, что группа, направившаяся вниз, должна исполнить план Макишимы, каким бы он ни был, он же сам всего лишь наживка. В таком случае спускаться вниз для него было бы бессмысленным поступком. Чем больше десятков этажей между ним и его сообщниками, тем больше шансов, что Бюро не помешает им. Тот, кто спустился сейчас вниз, был даже не наживкой... Скорее всего... это Фунахара Юки. Единственный человек, появление которого прямо перед ними задержит их.
- Кагари! Макишима - приманка, но наша цель - он. Не лезь там внизу на рожон, - Когами наклонился уже через перила эскалатора, чтобы крикнуть напутственные слова. Задержал взгляд на его лице на секунду дольше, чем обычно. Они работали вместе уже давно, их взаимодействие как исполнителей было давно отлаженным механизмом, в котором им не нужны были даже жесты, чтобы понять тактику друг друга. Когами задержал взгляд не поэтому.
Кагари - сообразительный парень, Когами не сомневался в нём, но объективно они все рисковали. Четверо против него одного, и доминатор наверняка бесполезен. Кроме того, они не имели ни малейшего понятия, что в подвале Башни было Макишиме нужно. Но выбора у них нет. Любое другое решение значит или дать Макишиме уйти, или гарантировать достижение его цели.
"Ради чего ты делаешь это?.. И там ли, внизу, то, на что направлен твой взгляд? Ты знал, что я приду сюда", - спина Кагари скрылась из виду, и Когами перевёл взгляд вверх, хмуря брови.
Непривычно лишённое вежливости обращение к аналитику из уст инспектора заставило его обернуться на мгновение, прежде чем, следуя за инспектором, он взбежал на последние ступени эскалатора и, держа доминатор наготове, пошёл вперёд, обходя её, чтобы идти первым - как она и сказала. "Не стрелять, да?" - Когами скосил взгляд за плечо, на Тсунемори. Еле слышно хмыкнул, коротко вздыхая, но ничего не говоря. Она казалась непохожей на Гино, но, видимо, всё происходящее оставляло на ней свой неизгладимый отпечаток. Инспектор не ответила Кагари, только послала его вниз. Она кажется решительной, но чувствует ли она, насколько верно поступает? "Не стрелять" сказала она ему. Догадалась, наверное, о том же, о чём и он - что у лифта они найдут её подругу. Но это может оказаться не так или состояние её подруги может быть непредсказуемым после месяца в качестве пленницы.
- Считаешь, что мы не должны стрелять в любом случае, да, инспектор? - он не сказал "я тоже полагаю, что это твоя подруга", но это было понятно и так.
Технические лифты располагались в самом центре здания. Чтобы добраться туда, им пригодились указания Шион. Человек в куртке Макишимы всё ещё оставался там, этаж просматривался на камерах. Когами вскидывал доминатор, выныривая из-за поворота, почти рефлекторно, автоматически. Здание было пусто, по дороге им не встретилось ни одного человека. На этом этаже сотрудников, вероятно, не было на месте. Но, скорее всего, те, кто встретил Макишиму и его людей, мертвы. Здание не могло быть полностью пустым.
Взять Макишиму живым... Зачем? Допросить? Нет, это глупо. Бюро общественной безопасности руководствуется решением Системы Сивилла, оценкой, которую проводит доминатор. Если коэффициент преступности выше ста, человек будет доставлен в Бюро, если выше - доминатор перейдёт в смертельный режим. Если коэффициент преступности ниже ста, доминатор останется заблокирован. Доминатор не реагирует на Макишиму. Даже если объяснять это поломкой, это ложь. Даже если забыть, что ложь, о чём шеф хочет его допрашивать? Какой в этом смысл, если человек признан опасным для общества, если совершённые им преступления доказаны. В системе современного общества показания человека не имеют никакого веса. Могут только помочь детективам выйти на след. Но Макишима - уже конец цепочки.
"Это выходит за рамки логики нашей работы. Странный приказ... Я не знаю, что кроется за этим, но мне это не нравится. И, судя по голосу Гино, шеф более чем серьёзна.
Оставить его в живых будет значить отпустить его."

"Прости, инспектор, но пойти на это я не могу. Он опасен. Именно потому он настолько опасен, и остановить его можно только так. Только положив этому конец. Я знаю это. Я чувствую это."

Когами замер за последним углом на секунду. Снова чётким движением вскинул доминатор, одновременно ступая на лифтовую площадку. И через мгновение опустил его. Тот, за кем они пришли, стоял к ним спиной, держась за дверь лифта, не позволяя ему закрыться. Куртка - та самая, что была на Макишиме на том видео, светлые брюки. Ссутулившаяся спина выдавала колебания и неуверенность, одежда была явно с чужого плеча, рост - явно ниже 170 сантиметров, плечи узкие. Чтобы заметить всё это, ему нужна была секунда. Голова скрыта капюшоном, шлема нет. Это была девушка. Фунахара Юки - кто ещё это мог быть?
Когами опустил доминатор, но тишина повисла только на секунду. Он только успел глянуть на инспектора, намереваясь определиться с планом действий, одновременно ожидая, что она сама будет действовать, потому что перед ними был отнюдь не безразличный ей человек, когда она твёрдым голосом точно зачитала инструкцию, держа доминатор, направленным на девушку у лифта. Она вздрогнула, медленно шевельнулась, оборачиваясь так, что только подбородок можно было разглядеть под капюшоном - её было не узнать, они оставались со своими догадками. В следующую секунду она бросилась внутрь лифта и двери начали закрываться.
- Фунахара! Стой! Чёрт, - он выругался, рывком бросился вперёд, затормозил через два шага, понимая, что не успеет остановить лифт. Подбежал к соседнему, ударом активируя вызов. Лифт был наверху, зажужжал двигатель, секунды уходили. - Шион! Можешь отследить, на какой этаж она едет?
- Смогу сказать, на каком этаже лифт остановится, Шинья-кун.
Он не сомневался, что это она. Не совсем результат выводов - он узнавал её движения. Поза, движения, когда она вбежала в лифт. Он уже видел её, почти такой же в другой одежде с плеча мужчины. Тогда это была его куртка. То, что на ней была именно эта одежда Макишимы, вызывало смутное чувство, которое могло бы быть опасением, если бы способно было затмить ожидание неизбежной встречи и готовность посмотреть Макишиме в глаза. Наконец-то. И всё же - именно та куртка, которую они могли бы узнать, говорила о том, что он как минимум догадывается, что они опознали его в ресторане Ямадзаки.
- Лифт остановился на последнем этаже.
- Спасибо. Инспектор, - окликнул он, вбегая в остановившийся лифт. - Помнишь, что ты сказала, прежде чем подстрелить меня? - он коротко выдохнул, разворачиваясь к Тсунемори. Его взгляд был сосредоточенным. - Она - жертва. Мы должны её защитить. Согласна?
"Даже если, встретив свою подругу, инспектора Бюро, она бежит назад к Макишиме... Боится его меньше, чем доминатора", - за этими произнесёнными внутренним голосом словами, прозвучавшими ровно и деловито, могли последовать мысли, но Когами только нахмурился. Она провела с ним более месяца. Это не могло не повлиять на неё.
- Какой у неё коэффициент преступности? - он задал этот вопрос буднично, глянув на отсчитывавший этажи экран. Оставалось проехать тридцать, и Когами внутренне подобрался, готовясь к тому, что встретит их наверху. В его левой руке всё ещё был шлем, подобранный им на улице. - Если используем наверху ЭМИ-гранату, Гино точно убьёт, - Когами поднял шлем, протягивая Тсунемори, - Он блокирует считывание психопаспорта. Если наденешь его, другие шлемы не смогут использовать твой коэффициент преступности.

К радиовышке от последнего этажа вели эвакуационные лестницы. Узкие и крутые. Дальше Шион им не помощник, но им довольно знать того, что и девушка, и Макишима там, наверху. Когами поднял доминатор, шагнув из лифта, и через секунду побежал вперёд, к лестнице. Он поднимался наверх, не останавливаясь, на ходу проверяя, что всё чисто. Где-то впереди было ещё трое сообщников Макишимы. Они должны были стать для Бюро дополнительным препятствием, значит, ждут где-то наверху.
Когами не замедлился и тогда, когда выскочил на предпоследнюю площадку. Резко развернулся, вскинул доминатор, ловя в прицел шлем ещё раньше, чем увидел, что происходит. Только мгновение спустя он понял, что одним пролётом выше, на последней площадке перед люком наверх перед преступником в шлеме стоит Фунахара Юки. В одной полурасстёгнутой рубашке, мужской. Длинные раньше волосы были неровно обрезаны так, что открывали шею.
"Коэффициент преступности - 24. Принятие мер не требуется. Спусковой механизм заблокирован."
"Чёрт!" - Когами сжал зубы, опуская бесполезный доминатор. - "Макишима! Как я мог не подумать о нём".
В то же мгновение он рывком пригнулся - Фунахара сумела отвлечь преступника, закрывая обзор на их с Тсунемори появление, только на эти пару секунд. Грубо толкнув её в сторону, сообщник Макишимы глухо ругнулся из-под шлема и начал стрелять. Гвоздь жаром чиркнул по щеке, Когами оскалился, бросаясь вперёд, рассчитывая преодолеть отделявшую их лестницу, и в этот момент Юки сдёрнула шлем с головы мужчины.
"Коэффициент преступности - 346. Выбран смертельный режим "Устранитель"", - он взял правее, уворачиваясь от выстрелов, летевших вразнобой то в него, то в инспектора, и, не дослушивая новый приговор Сивиллы, остановился, держа поднятый доминатор в двух руках. Замер ровно на ту секунду, что была ему нужна, чтобы точно прицелиться и нажать на курок. Последний гвоздь звякнул о стену прямо рядом с плечом Ко, и заряд доминатора попал преступнику в грудь. Его силуэт на несколько мгновений исказился, после чего лопнул, брызгая вокруг кровью.
Когами спокойно опустил доминатор и выдохнул, утёр кровь со щеки тыльной стороной ладони - сразу свою и уничтоженного преступника, перевёл взгляд на Фунахару, кивнул ей. Потом обернулся, чтобы проверить, как инспектор, и сразу же нахмурился - один из выстрелов гвоздомёта, похоже, попал ей в ногу.
- Дальше я пойду один, инспектор. Рана серьёзная? - он убрал доминатор в крепление за спиной, присматриваясь к Тсунемори, а потом снова обернулся к Юки. - Ты цела?
Оглянувшись, он подошёл и поднял с пола белую куртку. Он сделал это только чтобы передать девушке, но на секунду просто остановился, глядя на белый мех воротника в собственных пальцах. Месяц назад на ней была его куртка. Теперь своей рукой он надевает на неё куртку Макишимы. Такую же большую для неё, невысокой девушки. Чего он ожидал добиться, делая это? Одевая пленницу в свою одежду и отправляя навстречу Бюро. Приманка? Вызов? Нет... Он оставил на ней свой след и дал волю идти куда угодно. И этим следом была не только одежда - Когами чувствовал это.
Он поднял взгляд в лицо Юки, цепкий и пристальный. Её глаза были другими, но это не были глаза того, кого изменили страдания.
- Когда всё закончится, я надеюсь поговорить, - сказал он и накинул ей на плечи куртку, - Тсунемори... - он ешё раз обернулся, посмотрел на неё, замерев, и, больше не оглядываясь, вытащил из-за спины доминатор и распахнул дверь с лестничной клетки.[AVA]http://sa.uploads.ru/MhRZX.jpg[/AVA]

+3

8

Когда за Юки закрылись двери лифта, Акане словно вышла из оцепенения. Что это было? Почему она сделала именно это? И почему… почему Юки сбежала… от нее? И от нее ли? Или к тому, к кому и они спешили? Вопросов было намного больше, чем ответов, и Акане не могла понять, поймать, что же кажется ей столь неестественным в поведении подруги. Ведь Юки никогда не отличалась решимостью, да и готовностью нарушить закон – тоже. Она восхищалась тем, что Акане работает в Бюро, это она поддерживала ее тогда, когда Акане сомневалась в том, что это место ей подходит. Это ей пришлось столько пережить из-за того, что ее подруга работает в Бюро общественной безопасности.

Чувствовала ли Акане вину перед ней за то, что произошло? Или это было чем-то иным? Она не смогла бы так просто ответить на этот вопрос, но она точно знала, что несет ответственность за все, что произошло, и что еще может произойти с Юки. Сейчас больше всего ей бы хотелось оказаться как угодно далеко отсюда, просто сесть и поговорить с ней. Юки была жива – и это сейчас было очень важно. Даже, возможно, важнее работы и задания, хотя в этом Акане никогда бы не смогла себе признаться.

Конечно, они бросились следом. Когами как будто был заинтересован в спасении ее подруги больше, чем она сама. Хотя это и не было правдой, он просто лучше ориентировался в происходящем, и успевал принять решение там, где Акане явно не хватало опыта и скорости реакции. И она была благодарна ему. Также, как тогда в подземке, когда он пошел спасать ее подругу, и случилось все, что случилось. Она была уверена, что он делает это не только потому, что это нужно по долгу службы. Тут было что-то еще, что она никак не могла уловить.

Девушка бросилась следом за исполнителем, в кабину лифта.

- Спасибо. Инспектор. Помнишь, что ты сказала, прежде чем подстрелить меня. Она - жертва. Мы должны её защитить. Согласна?
Помнит ли она? Конечно, помнит. И все, что было после – тоже. Сложно забыть первое задание, даже если после него были многие другие. И забыть то, за что он благодарил ее тогда, после того выстрела. Видимо, сейчас пришло время Когами возвращать ей долги и напоминать о важном. Она и сама понимала, что поднимать доминатор на Юки было плохой идеей. Но что еще она могла сделать? Просто поговорить? Да, возможно, это могло бы быть хорошим вариантом, намного лучше, чем просто поднимать доминатор. Но… она не собиралась стрелять! Просто узнать, насколько все может быть потеряно. В конце концов, Юки не должна была сомневаться в том, что  Акане не выстрелит в нее. Или она бы выстрелила, если бы доминатор показал какую-то другую цифру? Что бы она стала делать, если бы доминатор принял смертельный режим? Противилась решению? Отказалась бы она исполнить свой долг? А что в такой же ситуации сделал бы тот, кто стоял сейчас рядом с ней? Бездумно выстрелил бы? Или остановился, потому что напротив – его друг? Акане могла только предполагать, каким мог бы быть ответ на этот вопрос. Но не стала задавать его. Вместо этого она лишь грустно улыбнулась и кивнула, подтверждая, что помнит свои слова, все, до последнего. И одновременно выражала благодарность за то, что сейчас Когами-сан напомнил ей об этом. Это было важно, и сейчас очень поддеживало ее. Как, наверное, ничто другое не могло бы.

- Какой у неё коэффициент преступности?
Вопрос застал девушку врасплох. Последнее, чем она хотела бы делиться – цифрой, переданной ей этой бездушной машиной в руках. Вместо этого она сказала иное:
- Мы точно можем ей помочь. И я думаю, что курс терапии тоже. Ее показатель чуть выше нормы, но я думаю, что в ее ситуации это вполне естественный скачок, – Акане до конца не верила в то, что говорила сейчас. На самом деле, исход мог быть каким угодно, как и динамика. Если психопаспорт начал ухудшаться, шансов на то, что удастся привести его в норму, столько же, сколько у противоположного варианта. И инспектор отлично это  знала. Но предпочитала верить в то, что исправить все – возможно. Вероятно, это давало ей иллюзию контроля ситуации и, возможно, немного притупляло ее чувство вины перед подругой – ведь если все поправимо, ничего очень страшного и не случилось. Неуверенность в том, о чем она говорит, сквозила в голосе, и ее невозможно было не заметить.

Когда Когами протянул ей шлем, она, поколебавшись всего мгновенье, надела его. Ведь ее присутствие рядом может помешать доминатору сработать и устранить преступников – а в том, что сообщники с Макишимой будут в шлемах, Акане не сомневалась.

Когда они вышли из лифта, их ждала пожарная лестница наверх. Все выше и выше. Это напоминало Акане картинки из фильмов, которые она почти не смотрела. О том, что жертва всегда бежит наверх – и там встречает своего убийцу. Но не бежать наверх  она как будто не может. Это всегда было загадкой, и не время сейчас было думать об этом. Юки была наверху, Акане слышала отдаленные голоса, по которым нельзя было понять, что происходит. Пролет, еще пролет. И тут перед взором Акане предстала картина, которую она никогда не хотела бы видеть. Ее подруга, в одной рубашке, и высокий крупный человек в шлеме рядом с ней. Тот, кто может сделать, что угодно.
Страх за подругу выбил Акане из колеи настолько, что она пропустила по себе один из гвоздей – он пропорол ей бедро чуть выше колена, явно попав в крупный сосуд. Резкая боль вывела девушку из состояния ступора, однако она не успела ничего сделать, как преступник был уничтожен точным выстрелом из доминатора Когами. Акане держала одну руку прижатой к ране – понимая, что ее нужно чем-то закрыть. И понимала, что теперь там, наверху, она была чуть более, чем бесполезна. Поняв, что убить преступника в шлеме, мешает коэффициент преступности Макишимы, который шлемы копируют, Акане сняла шлем со своей головы – вряд ли он мог бы быть полезен сейчас.

- Не беспокойтесь за меня, Когами-сан. Я догоню вас, как только остановлю кровь. Не дайте Макишиме уйти! Это приказ, – Акане понимала, что для Когами был единственный путь остановить Макишиму. Знала, и была готова смириться с этим. Этот человек причинил столько страданий Юки, этот человек привел в хаос их город. Сейчас, пожалуй, Акане была согласна с тем, что это единственный способ остановить его… Она была против, но не сказала ничего, и не повторила просьбы следовать приказу Гинозы – она была уверена,  что Когами помнит его. Помнит все. И поступит так, как сочтет нужным. Что будет потом… об этом не стоило думать сейчас.
- Когами-сан… – она видела его полный решимости взгляд, взгляд зверя, который почти настиг свою добычу, и понимала, что остановить его сейчас – бесполезно.

Когда он скрылся за следующим поворотом лестницы, Акане обратилась к подруге. Нет, она не забывала о ее присутствии, все это время отслеживая ее состояние. Юки больше не убегала, по крайней мере, пока не делала таких попыток. Сейчас было самое время что-то сказать, как-то поговорить с подругой. Это было их время. Несмотря на то, что это было самое опасное место из возможных. Юки, с надетой на нее курткой Макишимы, выглядела скорее нелепо. И волосы… Акане заметила это сразу – у нее были неровно острижены волосы. Что еще этот человек делал с ней. Как еще его присутствие рядом могло повлиять? И время ли сейчас задавать все эти вопросы?..

- Юки, я рядом. Я очень рада, что ты жива! Я беспокоилась о тебе… И… я не знаю, что еще сейчас могу сказать, – вся решимость пропала из голоса Акане, когда она обратилась к подруге. Ее вновь захлестнуло чувство вины за то, что с той случилось, и радости от того, что она видит ее живой.

+2

9

Пальцы добрались до последней пуговицы на рубашке и замерли. Боковым зрением Юки заметила внизу движение. Склонив голову, словно бы решаясь раздеться дальше, она скосила глаза в сторону и увидела человека, которому была обязана жизнью. Когами был здесь, вместе с Акане. И у него в руках было оружие.
Он не стрелял, хотя вполне мог это сделать, не боясь зацепить Юки.
Мужчина подгонял ее.
Она взглянула на безликий шлем, за которым прятался потенциальный преступник.
"Сивилла больше ничего не решает".
Разговор Макишимы с Че Гу-соном.
Массовые убийства людей.
Кажется, она поняла. Но не была уверена на сто процентов. И все же...
Скорее инстинктивно, нежели полностью отдавая себе отчет в том, что делает, Юки, наконец, расправилась с последней пуговицей.

- Такой грубиян, - ее голос дрожал от страха, но при особом желании его можно было принять за флиртующее придыхание. - Достаточно вежливо попросить...
Он ей ни на йоту не поверил. Но когда она сделала к нему пару шагов, его короткого замешательства оказалось достаточно.
Все произошло за считанные секунды. Ей удалось удержаться на ногах, когда ее оттолкнули, и как только внимание мужчины переключилось на сотрудников Бюро, Юки изо всех сил вцепилась в его шлем и сорвала с головы.
А потом ее забрызгало кровью. Вместо человека осталось просто вывороченное наизнанку невероятной силой месиво. На лице - несколько капель, на оставшейся одежде - крупные, мокрые багровые пятна. Но она их почти не почувствовала. И самое страшное - того ужаса, который должна была бы почувствовать. Кроме непроходящего ощущения, что она теряет нечто важное - ничего. Только облегчение, что все закончилось.
Но на самом деле ничего еще не закончилось.
Юки взглянула на Когами. На его лице тоже была кровь. Чужая и своя, от глубокой царапины на щеке. Она протянула руку  и прикоснулась к куртке, которую он протягивал ей. Детектив... нет, Исполнитель. Макишима сказал, что он такой же преступник, как тот охотник с гончими собаками... Исполнитель помедлил. Они оба несколько мгновений просто сжимали пальцами вещь, принадлежащую Макишиме. И не отпускали. Юки не знала, о чем Когами думал в это время, но она подумала о том, что она осталась жива, потому что ей снова пришли на помощь. Слабая, бесполезная. Потерявшаяся.

- Он отпустил меня.
Вместо ответа на его вопрос, цела ли она. Она сама не до конца осознавала, что именно хотела этим сказать. Может быть, что она в порядке. А может, искала оправдание тому, кто стал причиной ее страданий. И кого хотела понять.
Белая куртка снова легла ей на плечи и Юки не отрывала от него глаз, одним взглядом выражая все, что она испытывала.
- Я тоже надеюсь, Когами-сан.

Он оставил их, устремившись выше по лестнице. Туда, куда хотела бежать Юки. Акане отдала ему приказ. Чуть ниже, на ступенях.
- Акане...
Юки тоже не знала, что сказать. Она каждый день вспоминала Акане, рисовала себе в воображении, как расскажет ей обо всем, что случилось, и подруга непременно ее поймет, утешит, они будут так счастливы, что крепко обнимутся и будут долго смеяться от счастья сквозь слезы. А получалось черти знает что, и нужные слова никак не находились. И тут Юки, разглядев девушку получше, будто бы очнулась. - У тебя кровь!
Юки сбежала по ступеням, едва не подвернув лодыжку, и опустилась на корточки рядом с раненой.
- Надо ее остановить!
Не найдя рядом ничего, чем можно перевязать рану, Юки попыталась оторвать низ от своей - Макишимы - длинной распахнутой рубашки. Ткань никак не поддавалась. То ли была слишком плотной, то ли не хватало сил. Тогда она рванула рукав, оторвав длинный кусок по разрезу от запястья до самого локтя, и принялась неловко перевязывать бедро Акане.
- Прости, у нас на занятиях гимнастики проводили курсы оказания помощи, но только что делать при растяжении сухожилий и в случае перелома... да и то рядом всегда дежурили медицинские дроны и кто-то из мед персонала, так что, не знаю, правильно ли я делаю, но вроде вот. Сильно болит?
Слова внезапно нашлись, и много, но все это было не то и так глупо. Вспомнилось, как она работала в реабилитационном центре. Родители. Вся жизнь ДО. К чему все, что она говорит, зачем это Акане?
- Прости, что убежала от тебя. Я просто...
Просто что? Испугалась. Конечно. Но дело не только в этом. Нет: совсем не в этом.
Глаза защипало от подступивших слез, но Юки сдержалась.
- Вы пришли не за мной, а за тем человеком? Макишимой. Когами-сан побежал к нему, ведь так?
У нее не было никаких сомнений, что именно Макишима - главная цель полиции. Он был опасней любого потенциального преступника, несмотря на то, что на него оружие Бюро не действует. Что же он натворит?
Сейчас она беспокоилась не о своем оттенке. А волнение в ее голосе не походило на страх жертвы перед своим мучителем.
- Что вы с ним сделаете, Акане?

+3

10

Акане смотрела, и не узнавала свою подругу. Она привыкла к тому, что Юки – та, кто всегда поддержит и приободрит, найдет аргументы в защиту самого лучшего исхода событий, окажется рядом… А сейчас, здесь, наверху башни Нона, она сидит рядом с ней, в чужой одежде, испуганная, как загнанный зверек. Было ли Акане ее жалко? Пожалуй, это чувство она могла бы назвать в череде других, не менее сильных. Страх, отчаяние, вина. Ей казалось, что что-то неуловимое произошло с Юки – что-то, что намного сильнее, чем потемнение оттенка впечаталось ей в душу. И след, оставленный этим чем-то, был неизгладим. Как шрам от глубокой раны, или как встреча с тем, что меняет всю суть человека, раз и навсегда. Было видно, по внешнему виду и состоянию подруги, что она не была травмирована, что ее не мучили, на ней не было никаких следов насилия, кроме, пожалуй, обрезанных волос. Но кто знает, возможно, она и сама могла себе их обрезать? С какой целью – иной вопрос.

Почему же она была так спокойна сейчас, пережив столько всего в эти короткие минуты? Раз, встретившись с ней, первое, что сделала – убежала в неизвестность. Попала в руки к этому… преступнику – но сдержала себя в руках, реагировала холодно, и даже в чем-то расчетливо. Это было так не похоже на ее подругу, что, пожалуй, в чем-то даже пугало.

- Ты сама как? Я совсем не узнаю тебя…

Только в тот момент, когда Юки увидела кровь, и бросилась срочно помогать, Акане почувствовала, что это все же тот человек, которого она столько лет знала – суетливый и заботливый, и как будто то тяжелое чувство не-узнавания отлегло, давая место иным.

- Спасибо, Юки. Больно, но ничего, сейчас кровь остановится, и я смогу идти. Еще ничего не закончено, пока этот человек на свободе, страшные вещи продолжат происходить. Ты говоришь, он отпустил тебя… - для Акане эта фраза Юки была самой непонятной из всего. Похитил, чтобы выманить Когами в те подземелья, и на этом ее роль должна была быть завершена – но он забрал ее, и больше месяца держал у себя. Зачем, с какой целью? Что делал там с ней, или что она там делала? – Почему? Почему он отпустил тебя? И почему только сейчас, не раньше?.. – этот вопрос просто крутился в голове, как навязчивая мысль, и не давал покоя. Столько времени, они тщетно искали Юки, пытались найти способ ее спасти, вызволить, а он просто взял и отпустил ее. Сейчас. [i]«Что ты за человек, Макишима?»]/i]

Она… беспокоится о нем, о его состоянии, о том, что с ним будет? Акане слышала тревогу в голосе подруги, когда та спрашивала о том, что ждет этого преступника. Тревогу. Кем он успел стать для нее, если успел? Почему все так. Однако, на этот вопрос, кроме ответа инспектора Бюро, у Акане был свой ответ. И она знала, что у ушедшего туда Когами также был свой. И эти ответы различались. Что ответить Юки? Какой ответ не будет ложью?

- Да, мы пришли за Макишимой. Но я рада, правда рада, что мы нашли тебя. И что ты цела. Скоро мне нужно будет последовать за Когами-саном, потому что таков мой долг. А ты… Юки, сейчас важнее понимать, что будет с тобой. Твой оттенок темнее нормы, но пока показатель не сильно превышен. И я думаю, что терапия может тебе помочь. Однако, если ты продолжишь оставаться здесь, твое состояние может ухудшиться…

Хотела ли Акане, чтобы ее подруга сейчас оказалась где угодно, только не с ней рядом? Пожалуй, нет, присутствие Юки успокаивало и заставляло собраться самой. Но для нее здесь правда небезопасно. Однако, учитывая обстоятельства того, что она провела так много времени с преступником, было не понятно, как повлияет на нее то, что она может увидеть там, наверху.

- Ты переживаешь за него? Кем он успел стать для тебя. Юки? – девушка, наконец, смогла найти тот вопрос, который хотела задать.

+3

11

Пальцы поначалу плохо слушались, но, закончив перевязку, перестали подрагивать.
- Со мной все в порядке, не волнуйся.
"Не волнуйся" - пожалуй, самое нелепое, что можно посоветовать в сложившейся ситуации. Но ничего более посоветовать Юки не могла.
Слова Акане о том, что она не узнаёт ее, Фунахара не связала с обрезанными волосами. Она вовсе забыла о них. Только чувствовала, что вместе с ними она потеряла безоговорочную веру в то, что всю жизнь казалось ей нерушимым.
Она принялась застегивать рубашку, чтобы скрыть свою наготу, сделав вид, будто не замечает непонимания в глазах подруги. Оно словно холодная вода сползало по коже, вызывая мурашки и страх. Хотела ли Акане выстрелить?
Каков был мой приговор?

- Я не знаю. Но мне кажется, он сначала не знал, что со мной делать. Я была ему с Че Гу соном обузой. А потом он понял, что сделал то, что хотел. Юки замялась. Трудно было выразить, чем именно руководствовался Макишима и чего добивался, по ее мнению. Понял, что я стала думать немного... по-другому. Не как раньше.
"Зерна сомнений прорастают сами, стоит только бросить их на благодатную почву" - он был прав. Если бы это было единственным, в чем он не ошибался...
- И, возможно, полагал, что я снова могу стать приманкой, чтобы задержать тебя или Когами-сана. Юки выдавила улыбку. Вот они и оказались на лестнице вдвоем, лишив исполнителя начальства. Так и получилось.

Акане хотела последовать за своим подчиненным. Но стоило ли ей, с такой раной. Ничего удивительного: Инспектор Цунемори не могла оставаться в стороне, когда где-то творилась несправедливость. Она опередила подругу, озвучив свои мысли, и Юки внутренне выдохнула. Наверняка облегчение отразилось на ее лице - Акане озвучила вслух ответ, который Фунахара боялась получить на незаданный вопрос.
Не застегнув последнюю пуговицу, девушка потянулась к подруге и крепко обняла ее, уткнувшись носом в шею. Почувствовала приятный и едва уловимый запах духов, знакомый со времен студенчества.
Оттенок психопаспорта еще не окончательно потемнел, у нее есть шанс все исправить и вернуть, как было до того злополучного дня на заброшенной станции метро. Но что гораздо важнее - Акане не увидела в ней врага, которому больше не место среди законопослушных граждан. И от этих слов на душе Юки стало немного легче. Пройти реабилитацию и вернуть милость Сивиллы - все японцы были готовы ради этого на всё. Однако...

- Акане, - девушка отстранилась и взглянула на Цунемори, не отнимая рук от ее плеч.
Она не ответила на вопрос. Юки же не торопилась отвечать на её.
- Макишима-сан совершал ужасные вещи, я видела их. Он чуть не убил Когами-сана, и меня, но не сделал этого. Он может делать все, что угодно, без страха за себя. Не боясь, что он потенциальный преступник. Она бросила взгляд на Доминатор, который Акане выронила, когда ее ранили. Ваше оружие против него не работает. Сивилла не может его осудить. Или не хочет? Раз так, значит ли это, что Макишима-сан вовсе не преступник? Что если все смерти, произошедшие из-за него, были нужны для нашего общества? Знаю, звучит дико. Для меня тоже, Акане! И я ни за что не смогу это принять. Но тогда значит ли это, что Сивилла... может ошибаться? Ты когда-нибудь думала об этом?
За одну такую мысль Доминатор мог изменить свое решение и признать её потенциальной преступницей без права на исправление. Еще пару месяцев назад она бы не осмелилась так подумать, но Акане она верила всем сердцем и была уверена, что та скажет ей правду и не солжет. Для Юки ее мнение было очень важно.

+2

12

Когда твоя подруга подверглась нескольким травмирующим событиям подряд – как можно в такой ситуации оставаться спокойной и равнодушной? Вот и на Акане слова подруги, чтобы та не волновалась, и попытка Юки успокоить тем, что все в порядке – произвели обратный эффект, скорее разозлили. Впрочем, инспектор привычно переключилась, оставив переживания на заднем плане, на то, чтобы решить ситуацию. Сейчас самым верным казалось каким угодно образом вывести подругу из этого состояния, не давать ей вспоминать и погружаться в то, что могло лишь сильнее травмировать и ухудшить состояние психопаспорта – ведь за прошедший месяц, и даже немного больше, с ней могли случиться самые разные события. Однако, то, о чем та говорила, вызывало больше вопросов, и заставляло Акане вслушиваться, и спрашивать, вместо того, чтобы оставить подругу в покое.

- Стала думать по-другому? Юки, что ты имеешь в виду? И что он для этого сделал?.. – слова взволновали Акане сильнее, чем та могла бы ожидать – ведь это означает, что она зря не настолько серьезно относилась к словами Когами о том, что из себя представляет этот человек. Изменить взгляд Юки на мир было не так-то просто: она выросла в том же мире, в котором росла Акане, и то, что было раньше – лишь рассказы родителей. И все всегда говорили, что сейчас – намного лучше, чем было раньше. И Юки верила в то, что все именно так. Акане не могла понять, о чем подруга говорит, и волнение и непонимание отразились на ее лице.

И было еще то, что привлекло внимание Акане. Имя, которого раньше она не слышала, и с которым не приходилось сталкиваться во время работы в Бюро.
- Какое имя ты произнесла? Че Гу-сон? Кто он? Сможешь рассказать мне? - Акане предполагала, что это мог быть тот самый хакер, который замешан не в одном преступлении, которые приходилось ей раскрывать, не считая тех, с которыми она никогда не встречалась. Видимо, Юки знает намного больше, чем инспектор могла предположить, и это было для девушки также удивительно, как и то, что ее подругу столько времени держали в заточении, а потом просто отпустили. Все это не могло быть так просто, и смутное ощущение, что здесь есть что-то еще, что Акане никак не могла уловить, никак не оставляло. Вся история была достаточно запутанной и непонятной. Когами-сан мог бы помочь ей во всем этом разобраться, но сейчас он был там, куда ей тоже вскоре нужно будет идти.

Юки говорила что-то про то, что она должна была стать приманкой… и эта мысль неприятно задевала что-то внутри. Акане показалось, что все, что сейчас происходит, весь их разговор – лишь для того, чтобы задержать ее здесь. Нет, она не сомневалась в подруге, и была рада говорить с ней – но также одновременно вполне четко думала о том, что сейчас могло происходить там, наверху. И не могла найти варианта, что делать с Юки сейчас, какое решение будет верным – здесь у нее пострадавший, чье состояние может ухудшиться, а там наверху подчиненный и опасный преступник, и возможно Когами нужна ее помощь. Это было тем моментом, когда еще чуть-чуть и будет поздно, и нужно принимать решение. Но как – нет представления. Выстрелить из парализатора и оставить Юки здесь? Разве она может так поступить с подругой? Сделать это ради ее блага? Взять ее с собой и рисковать ее состоянием там, если она встретится с тем преступником, который держал ее у себя больше месяца, вдали от родных и привычной жизни? Чего добивается Макишима? Разделить Акане и Когами – и было его планом? И тот, с кем он разделился – не был ли это тот самый Че Гу-сон, о котором упомянула Юки? И что происходит там, куда пошел Кагари?

Объятие, в которое заключила ее Юки, вывело Акане из мыслей, которые она чуть было не стала проговаривать вслух. Почему-то что-то внутри говорило, что говорить совсем обо всем, о чем она думает, сейчас не время, да и не место. Она отстранилась от подруги, давая понять, что сейчас – не время и не место для того, чтобы просто привычно и спокойно болтать – хоть она и понимала чувства Юки, и тепло ей улыбнулась, чтобы поддержать, выразить, что на самом деле ей действительно не все равно, и она рада ее присутствию. Однако вопрос о том, что делать дальше, нужно было решать.

- Юки, я думаю, что мне нужно пойти за Когами-саном. Скажи, ты хочешь пойти со мной, или тебе совсем не хочется встретиться с тем, кто держал тебя пленницей последний месяц? – Дело было не в том, что Акане не приняла решение – она успела решить, что Юки может самостоятельно выбрать, чего она сейчас хочет больше, распорядиться своей судьбой самостоятельно. Акане интуитивно казалось, что с тем, кто пережил подобный стресс, лучше говорить как со свободным человеком с чистым оттенком – это больше пойдет на пользу при реабилитации, чем если просто решить все за него. Давать возможность выбирать – то, что сейчас действительно важно.

Вопросы Юки не были для Акане совсем неожиданными, однако ввели ее  в замешательство, и она бы предпочла не отвечать на них… сразу. Хотя у нее не было сомнений в том, как работает система Сивилла, вопросы подруги все равно застали врасплох. Если то, что говорит Юки правда, если все, в чем его подозревают – он и правда совершал, и есть живой свидетель – его можно судить. Однако, система Сивилла не рассчитана на такое. А то, на что она рассчитана – считать коэффициент преступности и назначать приговор – в отношении конкретно этого преступника она, почему-то, не делает. Вместе с этим приказ взять Макишиму живым и доставить в Бюро, выглядел немного иначе. Возможно, в системе есть иные способы наказания преступников, кроме Доминатора? Просто… для исключительных случаев, поэтому они не распространены и неизвестны Акане. Или… было какое-то иное объяснение? Или и правда, Система не совершенна, и такие люди, как Макишима, могут свободно разгуливать на свободе, и творить преступления – и против этого не было никакого способа бороться. Ведь то, что сейчас происходило на улицах, было хаосом, устроенным этим человеком. Знал ли он, что у них просто нет средств быстро справиться с ситуацией, или надеялся просто немного задержать Бюро? И правда ли то, что справиться с этим у Сивиллы нет ресурсов, потому что она рассчитана на то, что люди подчиняются закону? Пока у инспектора не было ответа на эти вопросы.

Думала ли Акане  когда-нибудь о том, что Сивилла может ошибаться? Думала ли, что если Сивилла не может остановить Макишиму – он делает то. что нужно для общества…
- Нет, никогда не думала об этом. Наше общество построено на том, что есть система Сивилла. Сомневаться в ней – ставить под сомнение то, как мы сейчас живем. Что же касается Макишимы. С точки зрения человеческой морали, то, что делает этот человек – преступления. И почему Сивилла не может его осудить… остается для меня пока непонятным. Однако, тем важнее поймать его и доставить в Бюро. – Акане отвечала на вопросы Юки настолько честно, насколько могла себе позволить. Она и правда не думала об этом раньше, и сейчас было не время и не место, чтобы найти ответы.
Если только не станет слишком поздно. Пока они здесь, там, наверху, Когами-сан может в любой момент нарушить приказ, у него много поводов сделать это, Акане точно знает. У него не сработает доминатор, но есть иные способы… Будет ли он тогда прав? Что сама Акане думает о том, что предполагает об исходе  их встречи? Уверена ли она, что может остановить его сама? Нет. Но она не может не попробовать. Такие люди, как Макишима, должны быть осуждены, по всем возможным правилам. И если в системе Сивилла нет такого инструмента, чтобы судить его, значит, его нужно найти или создать… Готова ли на это Акане. Сейчас она уверена, что да.

+1


Вы здесь » Psycho-Pass: justice will prevail » Сюжетные линии » 05.02.2113 "Министерство Благосостояния"